Невозможно говорить о музыке. Музыка сама говорит за себя. Всё в нашем мире говорит, и все в нашем мире говорят. Обсуждать нужно не звуки разговора, а его содержание - тему. Любая тема, кроме главной - это болтовня. Всё настоящее должно быть лишь о главном.

Но что же главное? Это и есть тема человеческого творчества и культуры - указывать на истину. Сама по себе культура не самоцель - она лишь свидетель того, что мы поломаны и больны, что мы заблудились и не знаем правды. Она - наш врач. Ведь если бы мы знали это главное непосредственно, то говорить образами и символами о нём нам не было бы 
нужды. Ведь символ указывает на то, чего сейчас и здесь нет. Одно дело носить в кармане фотографию любимой, но совершенно ненормально глядеть на её фото, когда она рядом. 

Камни знают, Кому поют славу, а человек должен это понять и открыть. Времени у нас для этого не много. А понять, что такое главное - это лишь первый шаг, который поможет нам выбрать метод постижения. Так в каждом деле. Нельзя, например, при помощи арифметики понять поэзию, равно как и поэзией не открыть арифметических загадок. 

Мир, который нас окружает, можно услышать и прочесть. Но для этого требуется понимать те знаки и образы, которые открывают нам истинное содержание жизни. А вот уж пониманию нужно и можно научиться. Вся культура - это мир зеркал. Зеркала удваивают мир. Музыка тоже умножает мир. Она строит свои образы, которыми пытается сказать нам о 
той красоте, что возможна лишь в идеальном мире, о невозможности до конца раскрыться здесь и сейчас полноте жизни, о боли, страдании, смерти и любви. 

Музыка говорит с нами не словом. Её язык обращён к нашим сердцам, нашим чувствам.

Она рисует образы, невидимые глазу, но различимые для нас. Одно это уже говорит о том, что не всё можно увидеть глазами и потрогать руками. Это как электрический ток - невидим, но ощутим.  

В этом смысле музыка - очень сильный инструмент. Красота музыки способна пленить человека, уловить его и сделать своим вечным рабом. И это рабство сладостно, потому что сладостно быть рабом красоты, любви, Бога. Музыкант - слуга, раб, уловленный в сети красоты. Переполненный этим - он хочет поделиться своим счастьем и красотой со всеми.

Ему хочется, чтобы все ощутили то, что открыто лишь ему. Цветаева увидела это так:

 
«О мир, пойми! Певцом - во сне - открыты 
Закон звезды и формула цветка».

 
Музыка Элизбара черпает вдохновение из глубины человеческой культуры. Это жемчуг, отобранный для высокого рукоделия. Многие поколения потрудились, чтобы отобрать лучшее, чтобы напитать почву и сделать её пригодной для лучших плодов.

Чистые звуки струн как бы колышут эфир. Струна колышет воздух, и мы слышим вдруг, как с нами говорит одна из стихий, но стихия, облагороженная человеческим сердцем и мастерством. Вот тишина - нет звука, и воздух молчит. Но стоит пальцу коснуться струны, и вибрация охватывает нас. Воздух, который всегда знает, о чём он дует, вдруг посвящает нас в свою тайну, тайну, которая сокрыта от мудрых, но открыта младенцам.  

То, что мы слышим, это, с одной стороны, сумма душевных усилий и мастерства Элизбара, которую он выносит на наш суд. Но это и нечто большее, потому что некоторый дух вмешивается в нашу жизнь и заставляет нас переживать. Причем музыка способна заставить нас и смеяться, и рыдать - такова её сила. И если поэт, по меткому замечанию Иосифа Бродского, - это орудие языка, то музыкант - это орудие музыки. 

Наш мир сильно засорён всем, в том числе и звуками. Музыкант ответственен за то, что делает. Служа музыке, нужно иметь, что сказать людям. Ведь если он построит кривые зеркала, то в них отразится кривда, хула на жизнь. В мир проникнет ложь, и проводником её станет музыкант. Правда будет обезОБРАжена и искажена. Хуже того то, что можно 
инфицировать этой заразой множество людей. 

Если ребёнку с детства слушать плохую музыку и преподносить её, как последнее достижение человечества в этой области, то велик риск того, что когда этот несчастный услышит шедевр, то не примет его, потому что сердце будет завалено гадостью и реагировать будет лишь на эту гадость. Но музыкант может совершить чудо!

Дар, который ему дан, может облагородить мир, привнести в него красоту, открыть путь к правде, насытить душевный голод и утолить духовную жажду. Но самое главное, что может сделать музыкант, - распалить духовную жажду в человеке. Вспомните пушкинского Пророка: «Духовной жаждою томим…» 

Мне кажется, что в своей музыке Элизбар действует как настоящий мастер. Он оттачивает своё мастерство и ищет высшей красоты того, чем одержим и чему служит. Его музыка утончает сердце и делает его доступным для соприкосновения с тем, что есть настоящее содержание человека. Она не делает сердце таким, но даёт сердцу возможность. Музыкант приглашает нас совершить с ним паломничество в мир его красоты - разделить с нами то, 
что для него очень дорого. Он делится с нами своим сокровищем и оставляет это сокровище нам, как переживание и как чувство. 

протоиерей Виталий Шинкарь

 

<<<вернуться к райдеру